«КП» обратилась к экспертам: подсчитайте плюсы и минусы от экономического противостояния с соседней страной
Директор Центра исследований постиндустриального общества Владислав ИНОЗЕМЦЕВ: Бить по экономике — не самое правильное решение в кризис
— Первая наша реакция — de facto вводимое продуктовое эмбарго, почти одновременно был рекомендован запрет на турпоездки; рассматривается вариант введения ограничений на авиаперевозки и судоходство.
Но намного опаснее другое. Россия перестает быть страной, которая готова действовать обдуманно, и становится такой, которая полагается только на «ответные шаги». Почему, например, никогда не случалось терактов на самолетах израильских авиакомпаний? Потому что Тель-Авив требует парковки своих самолетов за рубежом только отдельно от гейтов, а их специалисты контролируют багаж и продовольствие, загружаемые на борт. Нам сложно было это сделать в Египте? Мы знали, что, входя в Сирию, мы нарушаем планы той же Турции, а про коварство НАТО с телеэкранов говорят каждый день. Проблема не в том, что мы не способны взвешенно отвечать на провокации, а в том, что мы не хотим их предотвращать.Можно говорить, что власти наносят ущерб не только своим вчерашним партнерам (Турция не сможет поставить в Россию продуктов и иных товаров на $5 — 7 млрд.), но и самой себе. Мы уже видели, что запрет на импорт продовольствия из ЕС привел не столько к переориентации на другие рынки, сколько к взрывному росту производства зачастую не самого высокого качества отечественной продукции; запрет полетов нанесет смертельный удар многим туроператорам; все новейшие ограничения в целом будут способствовать дальнейшему росту цен. По сути, за один месяц разрываются связи с двумя странами (ранее был Египет), оборот торговли товарами и услугами с которыми составлял в 2014 г. 7,1% российского внешнеторгового оборота, — это не самое правильное решение в условиях кризиса.
Россия начала операцию в Сирии, имея далеко идущие планы. Мы намеревались нанести удар по террористам в их логове. Мы хотели создать антитеррористическую коалицию с Францией, США, другими странами, вернуться в глобальную политику, усилить российское влияние в регионе. Мы намеревались, на основе единых с Западом целей в борьбе с террором, добиться пересмотра антироссийских санкций — тогда почему мы действуем так, что вот-вот вызовем их новую волну?
Все, что происходит в последнее время в отношениях России с ее соседями и партнерами, называется в межчеловеческих отношениях словами «обида» и «раздражение». И эти чувства будут только крепнуть…
Экономист Михаил ДЕЛЯГИН: Свободное место может занять Китай
— Сотрудничество с Турцией для нас взаимовыгодное. Теперь мы теряем второе бюджетное место отдыха после Египта. Зимой внутри страны мы можем развивать только зимний туризм: это делается, но дешевого моря, которое в Египте было зимой, а в Турции весной и осенью, — просто нет. Туристам предлагают взамен Вьетнам, Таиланд, Тайвань, но с учетом дороги они заметно дороже.
Если Турция не закроет Босфор или не начнет направлять террористов на Северный Кавказ, поставки ей газа продолжатся, «Голубой поток» не иссякнет. Но свои планы по превращению себя в газовый хаб для Европы Турция, конечно, перечеркнула: теперь таким может стать Германия.Есть и другое направление взаимоотношений, где мы можем выиграть от эмбарго. Турки много строили в России, но строительный рынок падает, и на нем нет места уже и для российских компаний.
Турция поставляет в Россию много продовольствия и текстиля. В части последнего ее место может занять Китай, Вьетнам. При помощи государства могут развиться собственные производители. Хотя для бизнеса необходимость переориентации, конечно, может обернуться трагедией.
С продовольствием проблем быть не должно, хотя для масштабного импортозамещения и в этой сфере мало устроить девальвацию: нужны дешевые кредиты для производства, контроль качества, доступность инфраструктуры. Но это уже вопрос не к Турции, а к правительству России: начнет оно помогать бизнесу деньгами или нет? Если начнет — все получится отлично. Если нет — нас ждет тяжелейшая ситуация, но не из-за предательства турецкого руководства.
Доктор экономических наук Никита КРИЧЕВСКИЙ: Они потеряют в пять раз больше нас
— За прошедшие девять месяцев этого года товарооборот между Россией и Турцией составил $18 млрд. Из них наши поставки в Турцию составили $15 млрд., а турецкие в Россию — всего $3 млрд. Иными словами, если мы перекроем все контакты по экономической линии с Турцией, то мы потеряем в пять раз меньше. Россия для Турции — это импортер номер один. 60% природного газа в Турцию поставляется из нашей страны. Можно сказать, по энергоносителям на тамошнем рынке мы практически монополисты.
Наконец главное. По итогам прошлого года суммарный внешнеэкономический оборот между Россией и Турцией составил $44 млрд. В то время как ВВП Турции в прошлом году составил без малого $800 млрд. Иными словами, если завтра теоретически будет принято решение о прекращении всех экономических контактов, ВВП Турции снизится на 5% сразу. А если напомнить, что по итогам прошлого года турецкая экономика выросла всего на 2,9%, это автоматически означает экономический спад, сравнимый с кризисом.Кроме того, Турция крайне заинтересована в поставках из России черных и цветных металлов, в финансовом капитале, который приходит из России. Турция заинтересована в средствах, которые вкладывают в ее экономику частные российские компании. Тот же ЛУКОЙЛ сегодня контролирует 7% турецкого нефтепродуктового рынка. Турция в Россию поставляет прежде всего овощи и фрукты (подробнее — см. графику). Плюс ко всему ежегодно россияне оставляют в Турции, только по официальным каналам, порядка $10 млрд. И еще $4 — 5 млрд. они оставляют, покупая местные товары, находясь в отпуске.
Причем кризис более глубокий по сравнению с российским, и даже не потому, что турецкая лира значительно обесценилась в последние годы. Он более глубокий в связи с тем, что в настоящее время безработица в Турции составляет в два раза больше в сравнении с российской. Порядка 11%. И сегодня уже совершенно очевидно, что временный запрет на продажу турпутевок, проблемы с поставками турецких фруктов и овощей, недопуск турецких граждан на российскую территорию — все это ведет к тому, что люди потеряют работу. А в условиях, когда вы имеете 11% безработицы, это равносильно социальному взрыву.
Можно прогнозировать, что не правительство укажет Эрдогану на то, что он был не прав и что нужно максимально быстро и корректно восстановить отношения с Россией. На это укажут военные. Только они не будут разговаривать с Эрдоганом. А, учитывая их лютую ненависть к нынешнему турецкому президенту, они могут сместить его путем военного переворота.
