Нефть по 20 долларов взорвет ситуацию в Персидском заливе
В понедельник, 28 декабря, нефть подешевела до 37,2 долл. за баррель марки Brent. Следом за «черным золотом» покатился и рубль, который впервые с 17 декабря пробил отметку в 72 руб. за доллар. Как заявил министр энергетики Александр Новак, нефтяной рынок дестабилизировала Саудовская Аравия, которая вместо того, чтобы в рамках ОПЕК принять решение о введении квот, напротив, увеличила добычу нефти на 1,5 млн. баррелей в сутки.
По словам Новака, в 2016 году повлиять на рынок может и «новая добыча в Иране». Тегеран уже заявил, что приоритетом для страны является увеличение экспорта нефти до уровня, существовавшего перед введением санкций.
Вице-премьер РФ Аркадий Дворкович на фоне этих новостей не исключил, что в следующем году нефтяные котировки могут опуститься и до 20−25 долларов за баррель. Правда, Дворкович убежден, что такая ситуация не будет продолжаться «слишком длительное время». Хотя можно вспомнить, что еще год назад министр нефти Саудовской Аравии Али аль-Нуйами заявил, что ОПЕК не будет снижать добычу, даже если цены опустятся до 20 долларов за баррель. Тогда это казалось гиперболой, но сейчас всё больше походит на реальность.
Как писали тогда многие эксперты, для России, США, Канады, Норвегии и других нефтяных стран цена в диапазоне 20−50 долл. чревата кризисом отрасли и снижением добычи. Бюджеты же стран Персидского залива способны выдержать длительные периоды низких цен, так как себестоимость добычи там составляет 4−5 долл. за баррель, а денежная подушка безопасности за «тучные годы» собрана немалая. На начало 2014 года Morgan Stanley и Rystad установили точку безубыточности барреля нефти для Ближнего Востока на уровне 24 долл. за барр., для России — в 50 долл., а для сланцевых месторождений — в 65 долл.
О последствиях падения нефти в нашей стране мы знаем не понаслышке, в США сланцевая отрасль также испытывает кризис, в Канаде и Бразилии постепенно сворачиваются дорогостоящие проекты. В Норвегии национальная валюта за прошедший год подешевела на 11%, а власти впервые в истории распечатали «нефтяной» госфонд на 820 млрд долл. для покрытия дефицита бюджета и в следующем году планируют изъять из него более 25 миллиардов.
В конце года стало очевидно, что и запас прочности персидских монархий переоценен. В ноябре директор МВФ Кристин Лагард сообщила, что эти страны в 2015 году недополучили 275 миллиардов долларов из-за падения цен (ранее директор МВФ по странам Ближнего Востока Масуд Ахмед говорил о 360 млрд). Как ни странно, едва ли не больше всех пострадала Саудовская Аравия, которую многие эксперты, как и министр Новак, называют главной виновницей обвала нефтяных котировок с целью вытеснения конкурентов с рынка.
Бюджет Саудовской Аравии на 90% зависит от нефтяных поступлений. И, что еще важней, главный финансовый документ на 2015 год в этой стране был сверстан из расчета в 104 доллара за баррель. В результате в бюджете образовалась дыра в 16% ВВП или 98 миллиардов долларов, которую пришлось латать с помощью резервных средств (в России, к примеру, дефицит бюджета составил 3%). Ранее эксперты прогнозировали, что дефицит достигнет 150 миллиардов, но властям удалось сократить показатель за счет «отдельных мер повышения эффективности распределения бюджетных средств». Возможно, речь о возврате в страну около 70 миллиардов долларов, которые были инвестированы по всему миру.
В бюджет-2016 заложен дефицит в 87 миллиардов долларов, который планируется покрывать за счет продаж гособлигаций и зарубежных ценных бумаг. Но вряд ли стране удастся обойтись без резервных средств. В августе 2014 года суверенный фонд Саудовской Аравии достиг максимального значения — 737 миллиардов долларов. Но с тех пор он только сокращался, и к ноябрю 2015 составил примерно 650 млрд долл. Сейчас нефть еще больше подешевела, а расходы королевства, которое проводит военную операцию в Йемене и участвует в конфликте в Сирии, только растут. По оценкам экспертов, если цены на сырье не поднимутся, кажущихся огромными запасов Эр-Рияда хватит на 5−8 лет, после чего последует банкротство. Для сбалансированного бюджета стране необходимо, чтобы нефтяные котировки поднялись до 106 долл/барр.
Такого мнения придерживаются даже эксперты МВФ. Еще в октябре организация выпустила доклад о том, как ухудшившаяся нефтяная конъюнктура влияет на страны Ближнего Востока и Центральной Азии. Оказалось, что «Бахрейн, Оман и Саудовская Аравия имеют среднесрочные фискальные пробелы на уровне 15−25% не-нефтяного ВВП, в то время как для Ливии фискальный разрыв составляет более 50% не-нефтяного ВВП». При этом страны Кавказа и Центральной Азии, например, Азербайджан, Казахстан и Туркменистан, имеют финансовые резервы, которых им хватит еще на 15 лет.
А вот среди стран Персидского залива не все так однозначно. По оценкам МВФ, Кувейту, Катару и Объединенным Арабским Эмиратам существующих накоплений и поступлений даже от дешевой нефти хватит еще на 20 лет поддержания нынешнего уровня жизни. Зато Бахрейн, Катар и Саудовская Аравия могут оказаться банкротами уже через несколько лет. МВФ советует этим странам улучшить фискальную политику, оздоровить бюджеты, попросту говоря, затянуть пояса.
Власти государства прислушались к совету и собираются запустить план реформ уже в январе. Как стало известно, он предусматривает постепенную отмену субсидий на топливо, воду и электричество, которые выделялись как домохозяйствам, так и бизнесу, и в 2015 году составили 107 млрд долл. Но жители аравийской монархии, привыкшие к высоким доходам и комфортному уровню, вряд ли спокойно воспримут такие нововведения. В ОАЭ, к примеру, сняли субсидии с бензина без особых последствий, но в Кувейте увеличение цен на керосин привело к забастовке пекарей.
Судя по решению ОПЕК об увеличении добычи, правящая элита Саудовской Аравии убеждена в том, что ей удастся добиться своего. Сейчас политика монархии напоминает сцену из американского фильма, когда две машины несутся к пропасти и выигрывает тот, у кого нервы крепче и кто затормозит последним. Но с учетом внутренней и внешней нестабильности нет никаких гарантий, что Эр-Рияд сможет удерживать ситуацию под контролем. Похоже, вопрос в том, кто сможет выдерживать нынешнюю нефтяную конъюнктуру дольше всех.
— Проблема Эр-Рияда в том, что в бюджете расходы намного превышают фактические доходы, — говорит директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин. — Поэтому властям страны придется тратить около ста миллиардов долларов в год на покрытие этой разницы. Их финансовых запасов при таком сценарии хватит лет на пять-шесть. Но понятно, что ни одна страна не будет идти по пути расходования своих стратегических резервов до последней копейки. Тем более что если они израсходуют свои накопления, последует неминуемый дефолт. Они продержатся еще пару-тройку лет, но если ситуация станет слишком напряженной, реагировать придется.
Я считаю, что к концу следующего года положение на рынке выправится и не будет столь драматичным. 25 долларов за баррель возможны, особенно после того, как Иран начнет поставлять нефть на рынок или, тем более, демпинговать. Но долго на таком уровне цены не продержатся. Если не произойдет каких-то критичных событий, вряд ли в следующем году стоимость нефти опустится ниже 30 долларов за баррель.
— Есть ли граница, после которой Саудовская Аравия или другие страны начнут идти на снижение добычи?
— На рынок по отдельности не может повлиять никто — ни Саудовская Аравия, ни Россия, ни США, ни Иран. Возможно только совместное влияние. Если бы ОПЕК граничил квоту, эффект был бы заметен. Но по отдельности страны не будут заниматься снижением добычи, это было бы самоубийством на фоне того, что остальные добытчики нефти от этого не отказываются.
— Но ведь в 2009 году ОПЕК принял такое решение, в чем проблема сейчас?
— Если сравнить ситуацию с 2009 годом, тогда сланцевая добыча нефти в США была на минимальных уровнях. Но с тех пор они начали добывать дополнительно 4 миллиона баррелей. Сейчас переизбыток нефти на рынке составляет порядка двух миллионов баррелей. По сути, весь переизбыток, который сейчас есть, — это влияние сланцевой добычи в США. Этого фактора не было в 2009 году, поэтому тогда в ОПЕК спокойно могли снижать квоты, чтобы цены вернулись на прежний уровень.
Сегодня же снижение квот означает, что добытчики, которые затаились и снизили количество буровых, воспрянут духом и начнут добывать еще больше. Саудовская Аравия очень хочет, чтобы эти предприятия обанкротились, и после этого уже приступить к более активным действиям. Это касается не только рынка США, но и более сложных месторождений — в Канаде, в Бразилии.
Я не думаю, что Саудовская Аравия будет доводить дело до крайности. Если их резервы уменьшатся хотя бы в два раза, в стране обострятся всевозможные проблемы. Их задача — продержаться 2016 год. Они всецело верят, что это будет последний год, когда предложение превышает спрос, и в конце 2016-го ситуация выровняется, а цена отскочит на приемлемый уровень в 50−60 долларов.
— Саудовская Аравия вынуждена тратить свои резервы быстрыми темпами, — объясняет директор Фонда национальной энергетической безопасности. Константин Симонов. — Она продолжает военные операции и в Йемене, и в Сирии, поддерживает различные террористические группировки, на что уходит много денег. Кроме того, много средств уходит на социальную политику и поддержание высокого жизненного уровня граждан.
Таким образом, если цены на нефть останутся на нынешнем уровне, а страна будет тратить резервы такими же темпами, то они могут подойти к концу уже в 2018 году. Это простая математика.
— Если все так серьезно, почему они продолжают снижать цены на нефть?
— Цены на нефть вообще не имеют никакого отношения к экономике, спросу и предложению. Это чисто политический момент. И наивно думать, что Саудовская Аравия как-то влияет на них. ОПЕК давно уже утратил контроль над рынком. Эр-Рияд понимает, что цена на нефть будет падать при любой его политике, поэтому занимается очень простым делом — пытается увеличить добычу и что-то заработать хотя бы на объеме. На самом деле, цену на нефть определяют в Вашингтоне. Основной объем средств обращается на рынке фьючерсов, то есть спекулятивных бумаг. Основная валюта эти сделок — доллар, регулируя приток которого можно управлять ценами на нефть.
— Но как же американские сланцевые компании, которые такие низкие котировки должны уничтожить?
— Должны, но пока что происходит сокращение добычи на уровне 400 тонн в сутки, а это очень мало. Я предполагаю, что власти США в теневом режиме поддерживают сланцевые компании, иначе они не могли бы оставаться на плаву. Схлопывание пузыря уже должно было начаться. Но если государство действительно поддерживает сланцевый бизнес, этот процесс может растянуться очень надолго.
— Как это скажется на других нефтяных странах?
— Если США примут решение играть в дешевую нефть надолго, всем нефтедобывающим странам придется урезать расходы. Если это произойдет, желание разогнать цены на нефть военным способом у стран ближневосточного региона, безусловно, возникнет. Особенно у Ирана, которому будет непонятно, зачем они вообще добивались отмены санкций. При такой цене на нефть инвестировать в Иран никто не будет.
Гендиректор Института национальной энергетики Сергей Правосудовне исключает, что снижение цен на нефть приведет к волнениям в ряде стран Персидского залива.
— Несмотря на большие резервы и низкую себестоимость нефти, не секрет, что в монархиях Персидского залива очень высока нестабильность как внутри, так и вокруг их стран. Например, в Саудовской Аравии регулярно возникают восстания шиитского меньшинства, которые поддерживает Иран. Это меньшинство живет как раз в районах нефтедобычи. Эр-Рияд ведет войну с Йеменом, который поддерживает тот же Иран и шиитские организации. Кроме того, у них нестабильность на границах. Например, назвать Ирак стабильной страной сегодня уже ни у кого не повернется язык.
Нужно упомянуть и о том, что у богатых стран Персидского залива, таких, как Саудовская Аравия, Катар, Кувейт, ОАЭ, есть огромные проблемы с приезжими. Местные жители практически не работают, а живут на ренту. В том же Катаре около полутора миллионов гастарбайтеров, которые абсолютно бесправны и недовольны своим положением. Они тоже периодически устраивают бунты.
При сохранении низких цен на нефть или дальнейшем падении у стран Персидского залива неизбежно возникнут проблемы, особенно с учетом войны в Йемене. Там примерно такое же количество жителей, как в Саудовской Аравии, при этом уровень жизни отличается раз в 20. В Йемене не хватает не только еды, но и воды. В ближайшее время неизбежна массовая миграция из Йемена в Саудовскую Аравию. Сейчас ее несколько сдерживает война на границах. Но у Эр-Рияда может не получиться сдержать миллионы людей.
— А как будут обстоять дела с нефтедобывающими странами в других регионах?
— Многие западные компании уже балансируют на грани банкротства. Нерентабельными оказываются дорогостоящие проекты, например, в Северном море. Что касается США, все идет либо к массовому банкротству американских сланцевых компаний либо к скупке этих долгов государством. Речь ведь идет о банкротстве не только нефтяные компаний, но и о банках, которые их кредитовали, страховых компаниях, которые страховали и так далее. Это огромная пирамида, которая стоит сотни миллиардов долларов. США и так страшно закредитованы, и неизвестно, к чему это приведет.
Мария Безчастная
Фото: AP/ ТАСС